?

Log in

No account? Create an account

Бюллетень Клуба №1

Запись опубликована Aurora Expertum.Вы можете оставить комментарии здесь или тут


Скачать Бюллетень можно здесь: http://sites.google.com/site/auroraexpertum/hranilise

Запись опубликована Aurora Expertum.Вы можете оставить комментарии здесь или тут

Выступление на Заседании Клуба Aurora Expertum по теме «Гуманитарные аспекты модернизации России», 1.04.2010

Сегодняшнее заседание Клуба Aurora Expertum посвящено теме «Гуманитарные аспекты модернизации России». Напомню, что Клуб Aurora Expertum существует уже около года. С одной стороны это формирующееся сообщество, с другой -  открытая площадка, где обсуждаются разные темы, проходят встречи с гостями.

Вначале мне хотелось бы сделать небольшое вводное, чтобы немного пояснить то, о чем мы думали, когда заявляли эту тематику. Проблема номер один, с нашей точки зрения  это «понятийная каша», поскольку, когда говорят о  модернизации, понимают совершенно разные вещи, или не понимают вообще ничего.

Мы видим, что даются совершенно различные трактовки того, что обозначается термином «модернизация». Вместе с тем, все начинается с понятийной конструкции, поскольку она разворачивается в строго определенную деятельность.  Но с понятиями мы работать не умеем и не хотим. Как сказал кто-то из современников: «идеальное у нас порушено в правах». Более того, у нас уже сложилась определенная традиция отношения к этому: «что говорить, работать надо», это можно услышать от самых разных людей, занятых в различных сферах и наделенных различными статусами. Словно «работа», деятельность произрастает из воздуха, а не является продолжением идеальных конструкций, коими и являются понятия. И понятие А предполагает практику А, а понятие В – практику В. А если мы говорим о сложных  понятиях, таких как понятия модернизации, государства, демократии, то здесь у нас очень большие проблемы, если мы говорим о том, что мы занимаемся модернизацией, то мы должны понимать весь спектр деятельности, который привязан к этому понятию, разворачивается из этого понятия. Мы же часто действуем бессознательно, «как сложилось», именно поэтому, за чтобы бы мы не брались, получается «как всегда».  С другой стороны, отношение к обесценивающемуся слову тоже понятно, поскольку видим огромное количество пустой болтовни и слепых  мнений.

А ведь еще Конфуций утверждал, что начинать надо с исправления имен. Это было актуально несколько тысяч лет назад, но особенно актуально это сейчас, когда нас все больше накрывает постмодернистское облако тэгов, где тэги существуют сами по себе, вне привязки к означаемому, формируя целые виртуальные вселенные довольно странной реальности.

Немного коснусь понятия модернизации. Существует довольно четкое исторически сложившееся понятие модернизации. Это понятие начало складываться в эпоху модерна и  предполагает собой определенный спектр онтологий, философских, социальных, политических и культурных практик. И в этом смысле, когда мы говорим об обществе модерна, что мы имеем четкий набор понятий и типов человеческого мышления и деятельности.

Что мы видим сейчас? Очень часто под модернизацией понимается развитие, хотя мы считаем, что развитие – это развитие, довольно сложная конструкция, но она не тождественна модернизации. Часто модернизация понимается как воспроизводство инфраструктуры, когда говорится, что нужно модернизировать что-либо, по сути понимается, что нам нужно заменить старые дороги на новые, старые износившиеся инфраструктуры заменить на новые, с поправкой на сегодняшние достижения. Но все это лишь воспроизводство. Есть понимание, что модернизация это коренное преобразование различных сфер жизни, перестройка.

Или вообще ничего не понимаем. Н днях на «Эхо Москвы» была дискуссия, где гость студии просто сказал, что «никто не понимает, что такое модернизация».  Поэтому повторюсь гуманитарная проблема номер один – это отсутствие единого понимания и понимания о том, что это единое понимание необходимо.  Вообще никакая практика и никакая власть не проявляется сама по себе вне идеального контекста, поэтому, кстати, было поломано столько копьев  вокруг «суверенной демократии».

На сегодняшний день мы видим всего несколько полноценных докладов и деклараций, которые существуют на тему модернизации. Это декларация «Россия, вперед!»  Дмитрия Анатольевича Медведева. Там 8 раз упоминается этот термин и один раз он употребляется в привязке модернизациям петровской и сталинской.

Существует доклад ИНСОРа, где модернизация понимается как кардинальные перемены в различных сферах. Там отдельно понятие не вводится, но в одном из первых предложений говорится, что речь идет о кардинальных переменах в различных сферах общества.  Есть идеологическая конструкция «консервативная модернизация» у «Единой России».

Есть доклад, Пономарева-Бакулева-Ремизова, они берут понятие модернизации в исходном понимании, как понятие, сложившееся в эпоху модерна с его характеристиками,  разворачивают это понятие в настоящее, и утверждают, что если говорим о модернизации, значит, мы должны строить общество модерна. С нашей точки зрения это по форме очень верный в проектном отношении подход, когда содержание понятия разворачивается в практики. Но что касается содержания, получается, что общество модерна нужно перенести в 21 век в Россию с небольшими поправками, в то время, когда западные страны: США, Европа, живут одной ногой уже в пост-постмодерне.

Если еще немного коснуться теории, то мы понимаем модернизацию не как перенос содержания, а как перенос формы кардинального преобразования всех сфер общества, которое начинается с базовых онтологий и разворачивается в принципиально новые практики и структуры.  Мы берем от понятия модернизации не содержание, а форму.

Зачем нужна модернизация? Поскольку можно было обойтись простым воспроизводством инфраструктуры, тех условий жизни, которые устраивают, я думаю, большинство жителей России. Это, прежде всего, внешние конкурентные вызовы, то есть приходится выживать во внешних условиях, приходится реагировать на вызовы, которые задаются извне. Все бегут, и мы должны бежать, хотим мы этого или нет.  И, с другой стороны, это поддержание социально-политической стабильности вкупе с рейтингом, на котором наша власть сосредоточена. Вообще удивителен генезис столько трепетного отношения к этой форме обратной связи. Вопрос политической стабильности может решаться двумя путями: силой или деньгами в широком смысле, понимая под ними уровень жизни и уровень социальных благ. Но чрезмерное силовое давление, понятное дело, снижает рейтинг, а материальные инвестиции в общество рейтинг поднимают. И в этом смысле укрепление бюджета, расширение  доходов, которое ограничено сырьевой конъюнктурой, означает в определенной мере укрепление социально-политической стабильности. Это вновь заставляет нас бежать с другими, чтобы быть конкурентоспособными.

Что делает власть? Власть говорит о том, что бы будем строить инновационную экономику, при всем этом политическая система остается точкой консерватизма, заявляется, что любые попытки поколебать  политическую систему будут пресекаться достаточно жестко. Социальная стабильность заявляется, как ценность. При это всем делается ставка на то, что уже есть, на то что «уже наросло».  Мы не говорим, что мы будем как-то по-другому образовывать молодежь, мы говорим, что будем отбирать те таланты, которые уже есть сами по себе. Мы говорим, что инновационным классом сделаем инженеров, предоставим им комфортные условия, где они будут творить, или мы будем брать талантливых детей, которые проявили себя на олимпиадах и их продвигать.  Непонятно, почему не говорится о перестройке всей системы образования, обучения, чтобы вся система работала на то, чтобы талантов было больше, чтобы люди начинали мыслить как-то иначе. А по умолчанию подразумевается, что все само собой должно складываться. Поскольку пока мы мышление людей не поменяем, ничего не будет.

Далее. Власть предлагает создавать нам полигоны инноваций, мы считаем, что это идея правильная, но нам необходимы подобные полигоны во всех сферах, прежде всего в работе с человеком. Можно брать определенные сферы человеческой деятельности, создавать эти полигоны, чтобы отрабатывать там новые образцы, и затем в случае успеха их тиражировать.  Таким образом, все-таки как-то менять людей, внедрять новые образцы мышления и деятельности. Понятно, что не все так просто, как на словах, но если не делать, то ничего точно не будет.

Мы до сих пор бессознательно воспроизводим советские модели, советские образцы мышления, советские образцы деятельности, пока мы это будем воспроизводить, мы будем делать все тоже самое, и из точки А мы будем приходить не в точку В, а в точку А штрих, двигаясь по единственной стороне Ленты Мёбиуса, но пребывая при этом в иллюзии перемен.  Посмотрите, в каких физических пространствах сидит власть, в некоторых знаковых местах ничего не изменилось с годов, я думаю, восьмидесятых, дисковые телефоны до сих пор стоят. И, соответственно, мышление членов ЦК КПСС воспроизводится до сих пор основной массой чиновников. И в обществе тоже самое. По-хорошему, построив «город будущего» в Сколково, власти нужно туда переехать, по крайней мере, сделать там постоянно-действующий филиал, ибо власть точно также нуждается в новых пространствах и новом мышлении.

Человек – это основное, на что нужно обращать внимание. Без нового человека конкурентного общества и конкурентной экономики мы не построим. Большевики это, кстати, понимали.

Запись опубликована Aurora Expertum.Вы можете оставить комментарии здесь или тут

Выступление на Заседании Клуба Aurora Expertum по теме «Гуманитарные аспекты модернизации России», 1.04.2010

Я занимаюсь больше реальной политикой по стране, выборы, всякие немодные вещи, политтехнологии, «промывание мозгов» простых людей в провинции и т. д. Что навеяла эта тема? Вот такие мысли.

Модернизация не страшна, быть новым не страшно, хотеть нового не страшно, новое тянет и новое привлекательно, интересно быть модернизованным, быть внутри модернизации, хорошо это, привлекательно. Мне кажется, что жизнь это вся суть непрерывная  модернизация. Вопрос лишь в том, что пассивно модернизоваться или управлять модернизацией собственной или  это будет делать окружение вокруг тебя и т. д. Изменение  себя – это процесс обновления, актуальный апгрейд или это собственная онтология, жестко завязана на банальной биологии или, как обычно в обществе,  привязано к прошлому, к  истории.

Вторая фраза, которая  родилась по поводу сегодняшнего разговора. Новый человек – кто или что? Формирование – это мы замахиваемся на нового человека, с новыми формами, тогда какие новые формы мы ему предлагаем и в каких его частях уже имеющейся у него формы? Мы предлагаем ему новое в той же форме, или нужно форму поменять. Тогда вопрос в чем не актуальна его сегодняшняя форма? Она просто не модернизированная? Что мы предлагаем в  этом случае, критерий «быть модернизированным», как самый актуальный, нужный, востребованным для нашего человека российского образца 2010 года? Или это просто пока тема для дискуссий? По ходу выступления накидывал свежие фразы  и понял одну интересную, уникальную вещь: история всегда интересней, будет  ли также интересно эта история, о которой мы сейчас говорим как о настоящей.    Мне кажется, что вся наша дискуссия о модернизации, то зачем мы вообще про это говорим, идет  потому, что мне кажется, что Россия всегда должна о чем-то думать, о чем-то говорить. И в данном случае мне интересны вопросы, почему именно сейчас мы об этом говорим, почему модернизация именно сегодня выведена в актуальную повестку? С одной стороны я понимаю, что есть какая–то технология, хоть и корявая, принятие политических решений, но с другой стороны я понимаю, что это лучшее из того, что могло произойти.  С точки зрения запуска этого процесса – слова «модернизация», работы с ним, то есть это тоже побуждает вопросы, но я реально отдаю себе отчет, что сегодня потенциала интеллектуального в РФ хватит, чтобы эти решения были обдуманы хотя бы  на 51 % интеллектуальными кругами.

Я написал себе реплики, которые уже говорились в разных аспектах. Критерий модернизированности.  Залог спасения себя, России? А как же исконно русская идея исторически железобетонной бессубъектности, которая гораздо  раньше, чем постмодернистами, ранее была создана нами, была создана нашими постмодернистами, только позднее перепета европейцами. Мы сделали большую идею постмодерна очень универсальной, хотя бы в части бессубъектности жизни в своей стране. Вся история России стремилась, удачно результатировала эти стремления в отношении человека как совсем не обязательно элемента.

Третья реплика родилась. Проблема модернизации – это проблема роли и места человека в России. Что получается, что Интернет сейчас у нас популярен не только потому, что он популярен везде в мире, но специфика русского человека в том, что он создает иллюзию такого объективного себя, это тоже где-то уже отмечалось. Получается, если ты есть в интеренете, то ты существуешь. Если ты в сотовой сети, значит, опять ты существуешь! Получается, что Интернет  для гуманитарной модернизации России сделал больше, чем вся история России, и власть вместе взятые. Для модернизации, для формирования нового человека нужно решить принципиальную проблему, сколько у нас вообще людей в стране, которые способны реагировать и потреблять  слово «модернизация»,  любой его аспект. Моя работа, ведение региональной  политики внизу, на уровне губернатора, на региональных уровнях. Она показывает, что таких «настроенных на модернизацию людей немного. Развивая этот пункт, скажу, что  сегодня категорически мало людей, хотящих быть модернизированными, новыми  и критически мало людей, понимающих, принимающих создание модернизации, потому что сегодня дискутируют все кроме тех людей, к которым это все обращено. Это игра воображения наших организаторов  «человек – субъект или объект модернизации». Моя реальная трудовая жизнь показывает, что таких людей мало. Рассказать о том, что такое модернизация могут многие, а показать на собственном примере почти некому. Печальные итоги модернизационных полемик показали очередное неплохое владение русским языком, но не как исполнения социальной практики модернизации. Сегодня с точки зрения практики, вопроса не стоит о самоприменение, то есть персонального применения модернизационных вещей.

Вывод: у нас происходит как всегда. Когда к революции призывают задолго до нее придуманными лозунгами. Вроде как бы Россия вперед, занимайте места в нашем лайнере, который вылетает в страну Модернизацию.

Пятая позиция. В модернизации России сегодня катастрофически не хватает человека. Человек в процессах модернизации. Но реально тезис «новый человек» для меня загадочен, так как мне не понятно, где этот человек, которого нужно сделать новым. Это уточняющая реплика, но таких людей я реально вижу мало. Наша история неплохо объясняет, почему сегодня таких людей мало, сегодня стоит задача найти того, кого будем модернизировать.

Нам просто нужны люди, чем больше, тем  лучше, которая будет иметь уши, чтобы слушать нас, иметь глаза, чтобы видеть нас, проповедников модернизации. Для меня такой человек – это человек, который может вступить в коммуникацию с самим термином «модернизация как явление». Сегодня модернизация есть, а человека для душевного разговора нет. Есть какая-то группа людей, которая рада бы помодернизироваться, но они ходят на психологические и парапсихологические тренинги, читают тихо дома умные книги, а многие увлекаются одеждой, едой, машинами, играми, йогой, айфонами и т. д. Сегодня люди, которые готовы модернизироваться по своему понимают модернизацию и уже модернизируются, но так как мы им предлагаем модернизироваться, как мы вбрасываем эту идею сегодня, так это  до них не доходит.

Шестое – портрет нового человека. Мне кажется, что уже некоторые замыслы уже понятны, наверное, там, в портрете будет сумасшедшее открытие удивления. Например, я есть то, ради которого придумали модернизацию, что это все для меня, а мы и не верили и не знали, что это для нас. Нас кто-то хочет нарисовать, а потом еще обновить и модернизировать. Еще в портрете будет любовь к России, как к стране, но не безрассудно патриотическая, позитивная, расчетная, терракто-трагическая,  а рациональная, циничная, корыстная (вообще,любовь за деньги далеко неплохой вариант любви), но взаимовыгодная по принципу я модернизируюсь и отдаю себя стране, а страна модернизируясь дает мне в ответ себя, но только по-честному. Очень вероятно, что на портрете будет мечта, личная, банальная, по — принципу я хочу и буду лучше, значит  и мир будет лучше, значит и миру будет лучше, но, если не всем, то, хотя бы тем, кто рядом со мной.

В успехи российской модернизации образца 2010 года лежит активный поиск, формирование, воспитание, манипулирование, программирование человека, которому нужна модернизация.

Запись опубликована Aurora Expertum.Вы можете оставить комментарии здесь или тут

Выступление на Заседании Клуба Aurora Expertum по теме «Гуманитарные аспекты модернизации России», 1.04.2010

На пороге постмодерна

Вопрос модернизации в России опять стоит в политической повестке дня. Но Россия эту модернизацию благополучно проходила, весь проект Российской империи – это проект перманентной модернизации, собственно говоря, сам проект Российской империи был создан для модернизации. Пока она была функцией — справлялись худо-бедно, как-то мы выжили, реорганизовали армию и промышленность, отстояли суверенитет, построили железные дороги, как-то вошли в капитализм. Проект Советского Союза, это тоже проект модернизации, Россия в форме Советского Союза – модернизационная Россия. Сейчас нет ни Советского Союза, нет ни Российской империи.

В XXI веке нам предлагают опять начать модернизацию, как-то удивительно, хотелось бы понять причину самой постановки такого рода вопроса. Сейчас стоит главный вопрос перед основными экономическими странами мира — это вопрос перехода от модернизации к постмодернизации, от индустриальной экономики к постиндустриальной. Об этом спорят крупнейшие западные философы, экономисты, эксперты.

США благополучно в постмодерн перешли с приходом мулата-социалиста в Белый дом (что невозможно было представить сто или десять лет назад). США уже в постмодерне, и у них «все в порядке», сейчас они «добьют» свою автомобильную промышленность, свой индустриальный сектор перебросят в страны Третьего мира и в Россию и окончательно в постмодерн «переедут». Франция еще не подошла к постмодерну, поэтому в Европе постоянные дискуссии, во Франции президент венгр, потомок венгра, а не турок или мавр, вот если бы был турок, то у них было все в порядке с постмодерном.

Постмодерн – это переход от индустриальной к чисто финансовой экономике, от промышленности к исключительно сфере услуг. Это и переход от мировоззренческого понимания человека, как мерила всех вещей. Теперь главное не человек, а его имя, бренд. Отсюда Аватар, «аватар» в постмодерне первичен, человек вторичен. Ещё это называется переход от «Обозночаемого» к «Обозначающему» в структуралистской филологии.

Неудавшийся красный постмодерн

Когда-то была идея советского постмодерна, после победы советского коммунизма, об этом заявил Хрущев в 1961 году, то, что мы через 20 лет в советский постмодерн въедем на красном коне. У нас будет коммунизм, у нас будут «люди летать», и наши технологии нам позволят бесплатно делать чудесные и необыкновенные вещи. А люди будут разве что услуги друг другу оказывать. И с энтузиазмом наш народ воспринял идею коммунистического постмодерна, а в СССР изобрели целый ряд технологий, которые уже можно было бы назвать постмодернистскими (по практически бесплатной энергии, «Наноботы», создание группой Спартака Никанорова «оргоружия» и т.д.).  Но в какой-то момент стало совершенно ясно, что мы не вытягиваем в попадание в новое общество, у нас просто человеческой энергии, воли, пассионарности и креатива на это не хватает. Тогда появилась идея «конвергенции», идея перемирия с Западом, идея Горбачева о том, что вот сами, мы не справляемся, а совместно с Западным сообществом это реально, идём им на встречу в каких-то вопросах, а они идут нам на встречу, происходит технологическая и организационная «синергия», и «Белый Север» торжественно попадает в «постмодерн». Такой вот социал-демократический Север.

Но выяснилось, что рационально, мы Западу не нужны, им вообще никто не нужен. Тогда идея была капитулировать и сдаться просто Западу. Пришел Ельцин, пришел Чубайс, предлагалось «делать как Чубайс» и все мы будем жить как в Америке, то есть «попадаем в постмодерн». А в итоге, утратив значительное количество своего модернизированного потенциала, своей промышленности, всё наработанное в течение 300 лет, Россия фактически по итогам «перестройки» отправилась в «Третий Мир». И только так и можно объяснить идею в очередной раз начать в России модернизацию.

Исчерпанность идеи модернизации в евразийских странах

Идея постмодернизации сегодня стоит перед большинством экономик и обществ. В Европе эти идеи обсуждают постоянно, они постепенно в постмодерн переходят, какими-то частями, кластерами, не без проблем. Ведь это ещё и огромная интеллектуальная проблема, проблема смены вех, смены образа мышления (вспомним горбачёвское «новое мышление», ставшее огромной проблемой для «советского общества»). Для Турции – переход в новое политико-интеллектуально-экономическое качество — это вопрос государственного существования. Они думали (как и русские), что их «на халяву» Запад возьмёт в постмодерн, а туркам сказали, что не в Евросоюз, не в постмодерн им дороги нет.

Основная политическая проблема в Турции, где Генштаб борется с исламистами, именно мировоззренческая и футурологическая, потому что военные, правящие Турцией, надеялись, что Турция, какая есть – Цитадель Кемаля Ататюрка — переедет в новое технологическое общество, а выяснилось, что нет, совершенно все не так. Запад геноцид армян торжественно признал, Западный мир указал Турции на дверь.

Исламистский Иран пошел по своей дороге, начал «модернизацию без вестернизации» и достиг огромного прорыва в этом направлении. Я бывал в Иране, и «иранская картинка» впечатляет – кругом жидкокристаллические экраны, хорошие дороги, великолепные автобусы, всё технологизировано, а тут же девушки в хиджабах, никто не пьет и не хочется, потому, что никто не пьет. Победившая «модернизация без вестернизации». Технология + Традиция. Сегодня иранцы подошли к такому же состоянию, как в СССР в 80- тых годах, но надо дальше куда-то двигаться. Они думают, что раз они получали атомную бомбу, то всё итак замечательно. Но автоматом иранская экономика и иранское общество в новое технологическое, парадигмальное качество не перешло. У них нет еще тех технологий, которые чудесным образом иранскую экономику и общество преобразили. Опять тупик, поэтому молодежь у них настроена точно так же, как и советская в 80-тых годах.

Я вспоминаю, как во время «фисташковой революции» в Тегеране  на площади Аргентины молодёжь орала, что она хочет свободы, макдонольдсов, хотели срывать косынки, и я им объяснял, что будет дальше (разгром иранского государства и его экономики, нищета и расслоение общества, колониальная экспансия Запада в Иран и т.д. – всё что мы пережили в «лихие 90-е»). Но молодые парни и девчата не слушали, потому что все учатся на своих ошибках, а не на чужих.

Если взять Китай то он находится на пике модернизации, они ещё не дошли до стадии постмодерна, они получают кайф от самой модернизации, им хорошо и когда дойдут, тогда и будет ясно, что с этой великой цивилизацией случится. Хотя их руководство именно сейчас начало активный интеллектуальный и технологический поиск в этом направлении.

Что такое «медведевская модернизация»?

Теперь снова к России.  Первое предположение о появлении в политическом лексиконе власти термина «модернизация»:

Сегодняшняя идея «вернуться к модернизации» — это признание того, что Россия утратила 300 летний модернизационный задел и вернулась к состоянию Третьего мира или африканского общества. Удивляться этому не стоит. Я по долгу работы в Движении по защите прав народов с интересом изучал африканские сайты. Есть такой сайт Pamambuka News франко- и англоязычный. Меня заинтересовали теги, основные проблемы африканского общества, и я был поражен совпадением российских проблем с общеафриканскими: это нелегальная миграция, расслоение между богатыми и бедными, ресурсозависимая экономика, разделения этносов между различными государствами, рекордная смертность от несовершенства медицинского и технологического оборудования, коррупция, рекордный наркотрафик и рекордный же криминал. То есть получается, что всё «облако тэгов», спектр «болевых точек» общества у нас совпадают! Хотя мы не любим об этом говорить (про «северную Нигерию), но факт остается фактом.

А сейчас нам предлагают еще раз пройти по кругу модернизации, который русский народ прошел в течение столетий, отдав жертвы модернизации, уничтожив крестьянское хозяйство.

Второе предложение – почему возникла идея провести именно модернизацию, это предположение о политическом и идеологическом конформизме в высших этажах российской власти. Я просто представляю, как происходило это обсуждение:

Дворкович приходит к Медведеву на совещание и говорит, что давайте объявим постмодернизацию. И Нарышкин так смотрит на него и спрашивать: «А что это?». А ему объясняют, что это очень интересное, перспективное развитие для экономики, политики, общества. А он: « Зачем?» В этот момент Владислав Юрьевич занимает обе позиции, что постмодернизм хорошо и модернизм хорошо. Медведев говорит, что давайте пока модернизацию объявим, наши уши и уши народа не готовы к постмодернизации.

Так же было и с термином «консерватизм». В свое время я Дугину предлагал создание неоконсерватимного центра исследований. Была бы такая энергичная аллюзия на американских «неоконов». Сурков бы в МГУ Байдена и Сару привозил показать наших доморощенных бородатых «неоконов». Дугин ответил, что МГУ это не поймет, это для них упоминать просто страшно, давайте лучше простой и понятный консервативный центр. И в результате в этот Центр даже мухи не залетают. Зато он консервативный, посконный такой.

Думаю, что наши наиболее продвинутые чекисты предлагали Путину что-то «неоконсервативное», но премьер сказал, что это резко слишком, лучше просто «консерватизм» — понятно это, ясно. Хотя, что под этим подразумевается совершенно непонятно и не ясно.

После озвучивания термина «консерватизм» почему то вспоминается обер-прокурор Победоносцев, а после слов «модерн» и «модернизм», почему то арт-деко и Врубель. Это настолько уже устаревшие термины, устаревшие парадигмы, идеи, что удивительно как с этим можно бесконечно возиться. Похоже на игру с бесконечным перекладыванием спичек, которые падают на столе. А может быть отбросить эти спички и посмотреть, где мы сейчас находимся, и куда нужно двигаться дальше?

Русский Евразийский футуристический проект

Ведь у нас в принципе есть фундамент модернизированной экономики. Пока еще не добитой, а то, что было уничтожено в 90 годы – это тоже может не плохо по той причине, что это огромные якоря для экономики постмодерна. В Америке главная национальная проблема — это уничтожение собственного автомобильного сектора, вокруг него бьются все экономисты, эксперты, специалисты. А у нас автомобилестроение уничтожено, и ещё много чего, поэтому русским нечего терять, нет якорей никаких, а специалисты ещё есть. Может быть, поступить по-иному, переосмыслить постмодерн по-русски, чтобы понять, ориентировать наше общество на будущее? У нас совсем забыли про футуристические проекты, которые были так популярны еще в середине XX века, никто ничего не предлагает, все, что предлагает власть – это достаточно скромно, скучно. Поселок Сколково, где будут лауреаты школьных олимпиад сидеть под Гельманом и Вексельбергом, все мы прекрасно представляем – чем это кончится.

Наша задача – это оценить место России в мире, осмыслить смену парадигм модерна и постмодерна, и реально, что мы в этом состоянии можем предложить как нашему обществу, так и нашей цивилизации. Идеология, философия постмодерна, разработана в большей степени французскими структуралистами в 70 годах. Но давайте вспомним, откуда взялся структурализм — его создали русские евразийцы, Трубецкой и Якобсон, то есть наши русские люди придумали «знаковую систему», коды постмодерна!

Основа постмодерна согласно французским философам Делёзу и Гваттари — это ризома ( от французского корневище) – «гладкое пространство», сетевая цивилизация, самосинхронизирующаяся и самосохраняющаяся, в ней принципиально отсутствие Центра. Гладкое постмодернистское пространство предполагает и особое ризоматическое мышление, как не странно свойственное Русскому народу.

У нас под модерном понимают сверх усилия, мобилизацию, у нас было принято за каждую курицу в инкубаторе ходить в атаку, так понимал модерн народ. Бесконечную модернизацию проводить, у нас нет сил. Еще одна модернизация наш народ угробит.

А постмодернизация – это глубоко русское явление. В России центра нет, Москва никакой не центр, потому что Наполеон, когда думал, что Москва центр – он пришел туда и сидел там, и обнаружил, что это не центр. Россия может существовать, и без Москвы, и без Санкт – Петербурга, она такая живая, активная, самосинхронизирующаяся, творческая. Это глубоко связано с нашими цивилизационными этапами развития. Евразийцы это прекрасно описали, что цивилизация формировалась в горизонтальном пространстве со времен скифов, татаро — монголов. Наша цивилизация номадическая. И наше пространство – особенное. Не случайно, что именно в России родилась геометрия Лобачевского, подразумевающая гиперболическое строение мира. Россия вызрела из этого. Наш народ гораздо более склонен к изобретению, удивительным выдумкам, нетривиальному мышлению. В российской культуре человек никогда не был мерилом всех вещей. То есть модерн был чуждым явлением в российской истории.

Мой приятель Максим Калашников собрал удивительное собрание русских изобретений, согласно которому ясно, что газ, нефть и иные виды знакомой нам энергии несовершенны и бесконечно затратны, вредны для экологии. А русские придумали им 50 экономичных, бесконечных замен, по сути новые виды энергии. На самом деле корпорациям, которые управляют Россией и миром, подобной технологической революции реально не хочется, поэтому и постмодерн они дают дозировано (даже не «золотому миллиарду», а только США), им хочется заморозить время и еще раз пробежаться по модернистским колесам.

Я думаю, что освоив новые технологические возможности, предложив обществу реальные футуристические варианты, проекты, мы сможем провести реальную русскую постмодернизацию. Говорить сегодня о модернизации – это кощунственно в первую очередь перед жертвами коллективизации, которая фактически уничтожила российское крестьянство. Вот это типичная модернизация в русском исполнении, хватит нам таких модернизацией!

Мы — евразийцы выдвигаем русский футуристический проект, ведь евразийцев в 20 годы называли православными футуристами. Это создание евразийского постмодернистиского проекта для России, и мы обещаем на одном из заседаний Авроры Экспертум его озвучить.

Это и проект нового человека. Я думаю, что будущее за высокими технологиями, но также за развитием духовной сферы человека, о которых западные постмодернисты забывают. Вообще, поскольку у нас цивилизация ризоматическая, номадическая, то будущий российский евразийский человек – кочевник, который будет кочевать по просторам России, который реально можно увидеть только сверху. С помощью, в том числе, советских технологий по строительству гигантских экранопланов и летающих городов. Ведь реально увидеть Россию можно только сверху!.

Этот проект будет называться «От цивилизации Каина к цивилизации Авеля». Ведь Авель был кочевником.

Запись опубликована Aurora Expertum.Вы можете оставить комментарии здесь или тут

Выступление на Заседании Клуба Aurora Expertum по теме «Гуманитарные аспекты модернизации России», 1.04.2010

Для того чтобы ответить на вопрос, какая в России нужна модернизация, необходимо понять предпосылки возникновения преобразовательных процессов в мире.

Основываясь на исследованиях зарубежных и отечественных ученых, для модернизационного процесса в развитии государства  характерны значительные изменения в социальной, экономической и политической и культурной системах, преобразование всех сторон общественной жизни.  Причем эти процессы могут быть вызваны естественным преобразованием внутри (органичная модернизация) и под воздействием внешних факторов (неорганичная модернизация).

Процесс модернизации в мире растянулся на несколько столетий и прошел через ряд этапов, в ходе которых менялись производительные силы, общественное сознание.  Наиболее ярко выражены модернизационные преобразования в Западной Европе и Северной Америке с 16-17 веков и по 70-е годы 20 века, впоследствии оказавшие сильное влияние на  распространение модернизационных процессов  по всему миру и таким образом, осуществив переход от традиционного общества к современному, от аграрного к индустриальному.

Россия особенная страна, у нее свой путь. За ней большое будущее, великое прошлое и яркое настоящее. На пути становления российской государственности наша страна претерпела немало модернизационных витков: жесткие и во многом новаторские реформы Петра I, сглаживающие тяжелое бремя, оставшееся от постпетровских преобразований реформы Екатерины II, большевистские революции, шоковые реформы 90-х годов и попытки насильственной либерализации государства.  В условиях современной России наиболее возможным и оптимальным вариантом реформирования станет  органичная модернизация или как ее еще называют естественная, консервативная модернизация, в основе которой лежит сохранение накопленного положительного опыта, традиций, в центре которых стоят человек и человеческие ценности. Важной особенностью  консервативной модернизации является главенствование человека как индивидуума, приоритет его потребностей в системе ценностей.  Не случайно Президент России Дмитрий Медведев опубликовал  для обсуждения в открытом режиме программную статью «Россия вперед», призывая общество активно участвовать в жизни страны и принять участие в разработке ежегодного Послания Федеральному Собранию — ключевого документа для развития государства. Впервые высший программный документ государственного уровня вынесен на обсуждение в режиме открытой публичной дискуссии.  Этот шаг  говорит об открытости власти к дискуссии, к людям,  их потребностям, о поддержке развития гражданского общества в России.  Это очень важно  и очень символично для зарождающегося гражданского общества в России.

Понятно, что в чистом виде консерватизм не  может быть  применим в России,  как и  не должна быть применима кардинальная, революционная, радикальная модернизация. Это все уже  было, мировая история знает примеры. Необходимости в радикальных переменах нет. Любому государству, чтобы полноценно  и эффективно развиваться нужно движение, иными словами модернизация,  направленная на  развитие и улучшение, но в тоже время в качестве базиса государство должно учитывать свои национальные, культурные, социально-экономические особенности, сохранять свой накопленный потенциал.  Вот почему современный российский консерватизм рассматривает модернизацию, как механизм мягкого  преобразования  существующего, накопленного положительного опыта, создание нерадикального, нового, улучшенного, создание  комфортных условий для жизни и работы людей.   Если провести параллель и  сравнить государство с  человеческим организмом,  то у него есть определенный возраст,  и в каждом возрасте у него есть определенные потребности,  где  модернизация и есть определенная потребность организма идущая  изнутри.   Изменились  сами люди, общественное сознание в целом. Был СССР,  он закончился, распался, сейчас —  Российская Федерация  у нее  новые потребности, и ей нужен свой российский консерватизм.  Наша страна достигла  нового этапа модернизационного развития, когда успешно развиваются и внедряются новые современные инновационные технологии, при этом экономика страны ориентирована на инвестиции в человека, в социальные программы, развитие образования, здравоохранения используя накопленный мировой опыт при этом сохраняя свой накопленный потенциал.

Сейчас, на мой взгляд, как раз наступил тот период, когда созрела перемена в общественном сознании, люди хотят чего-то нового. Безусловно,  надо использовать накопленный опыт и двигаться дальше, а не ломать и пытаться опять что-то построить с нуля,  не доведя начатое  до конца.  В этом и заключается консерватизм, а модернизация – это процесс, который может идти год, а может и несколько десятков лет,  главное, чтобы она была эффективная и правильная.

Именно поэтому  новым вектором динамичного развития нашего государства должен стать российский консерватизм.

Запись опубликована Aurora Expertum.Вы можете оставить комментарии здесь или тут

Выступление на Заседании Клуба Aurora Expertum по теме «Гуманитарные аспекты модернизации России», 1.04.2010

Мы создали и живём в обществе институтов. У нас субъектность в государстве отдана, делегирована, присвоена институтами. Институт гражданского общества, институт независимого суда, институт СМИ. Я просыпаюсь и чувствую себя дискомфортно, в обществе, где есть процессы  и эти процессы между институтами.  Человека нет, у человека отняли субъектность. Дело тут не в модерне, не  в постмодерне, я не вижу человека-субъекта. Мне некомфортно чувствовать себя объектом. Я как объект не хочу существовать. Когда администрация президента «нанизывает на вертикаль» руководителей региональных отделений партии «Единая Россия» – это объектное отношение к людям, которые приезжают из регионов. То есть народ – объект.

Какая нужна модернизация мне? Я хочу вернуть себе субъектность. Я хочу, чтобы это субъектность была у людей, которые меня окружают, чтобы они перестали чувствовать себя объектами в отношениях между институтами. Понятно,  что остались люди, наделенные субъектностью, но им плевать глубоко, что происходит вокруг. Субкультуры молодежи более субъектные, чем региональные отделения партий. Протест молодежи – это проявление её субъектности, которую система институтов ещё не успела отнять.

Я хочу человеку вернуть его человеческое, вернуть ему место в истории. Мы говорим о том, что надо и Россию вернуть в историю. Из языка слово «человек» совсем ушло, есть «народ», «общество», «гражданское общество», но человека нет. Что делать?

Я понимаю, что люди наделенные властью, полномочиями, мыслят не так как я. И я на них уже не надеюсь. Я надеялся на них до декабря прошлого года, но потом что-то поменялось и я не верю правительству, и во все эти институты, потому что увидел, что они не решают всех моих проблем. Раз на них надеяться бесполезно, то нужно и самому что-то делать.

Я пожил в Кургане – на периферии России — и увидел, что есть люди, которые не являются объектами, в них еще что-то живет, но они не ощущают себя и субъектами. Это тот человеческий материал, которому, если подсказать, направить, то они готовы перейти этот фазовый скачок. Есть страта  людей, которые еще не «замазаны», их не обработала партия власти, ни оппозиция. Этот человеческий капитал, который может стать агентами модернизации.

Я говорю о том, что в Советском Союзе уже был свой модерн, у нас был суверенный советский модерн – суверенное общество модерна. Оно было со своими правами человека, судом, СМИ и т. д. Я считаю, что нужно модернизировать человека, а не государство, нужен проект Нового Человека. Эти Новые Люди и будут носителями понимания Нового Общества. Являемся ли мы с вами этими людьми? — не знаю.

Запись опубликована Aurora Expertum.Вы можете оставить комментарии здесь или тут

Выступление на Заседании Клуба Aurora Expertum по теме «Гуманитарные аспекты модернизации России», 1.04.2010

Несколько слов о моем понимании  модернизации. Честно скажу, что от этого слова уже как от слова инновация порядком тошнит, но, тем не менее, не потому что оно такое плохое, а на самом деле только потому, что его слишком часто используют. Вы знаете, как можно провести некий эксперимент, если произносить подряд любое слово раз 40 или 50 подряд, оно для вас потеряет смысл. Что мне нравится в слове модернизация,  точнее в его контексте, наверно то, что это не революция, а обновление. В нашем случае, в случае проекта «Модернизация», модернизация – это скорее эволюция, так как мы используем интернет технологии для трансляции идей и опыта людей, на интернет площадке Upself.ru. Например, сегодня мы помогаем организовывать онлайн  видео трансляцию, это тоже замечательный способ транслирования этого опыта.

Вообще я специалист в области технологий управления знаниями. Создавая компанию Upself, нас собралось несколько человек, и такие социальые сети, как вконтакте,  одноклассники, мы не хотели клонировать и начали думать,  как можно улучшить эту концепцию в технологическом плане, в том числе на помощь пришла закрытая до недавнего времени технология, которая называется управление знаниями. Их использовали для обмена опытом. Все это нужно для увеличения прибыли и уменьшения затрат, оптимизация этих интеллектуальных ресурсов внутри компании позволяет это делать. В нашей концепции  человек является маленькой корпорацией или микробизнесом, микропредпринимателем, которому также необходимо находить контакты, зарабатывать деньги и многое другое. Мы попыталась реализовывать  социальной сети технологию управления знаниями.

Соответственно люди для обмена опытом упаковывают свое знание в виде проекта, идеи, которое еще не реализовано, в виде практики, опыта, которым можно поделиться, также используем статьи, блоги,  профессиональные заметки и многое другое.

Начать саму презентацию проекта «Модернизация» я хотел бы начать, что у большинства сидящих в зале есть мобильные телефоны. В каждом мобильном телефоне есть батарейка, я сомневаюсь, что многие из нас знают, что изобретателем батарейки был российский ученый, который в 1947 году получил сталинскую премию за это изобретение. Соответственно возникает вопрос, почему в наше время весь мир использует изобретение, а ученый, который это изобретение изобрел не получает никаких денег за счет своего изобретения, хотя он еще жив, он был на форуме интеро 1,5 года  назад. Вторым ярким примером, который я хотел бы привести – это слова сказанные академик Аганбегяном, который тоже был на форуме интеро, сказал следующую фразу: « В позапрошлом году Индия продала математических формул в виде софта больше, чем Россия продала в позапрошлом году нефть, газ и черную металлургию». Это ужасная цитата, но это факт. Яне хочу затрагивать тему, что в Индии экономический феномен  влияет на уровень жизни населения и многое другое.

Главная задача, которую мы перед собой ставим – это ответить на вопрос как обеспечить взаимодействие людей, финансовыми ресурсами. Я не претендую на то, что я говорю, что-то новое, возможно в новых каких-то тенденциях, технологиях, мне хочется избежать этого пафоса, но вещами этими мы занимаемся. Поскольку мы занимаемся интернет технологиями, это не онлайн работа, это офлайн работа 75 % , просто результаты этой работы мы можем опубликовать, поделиться со своими наработками. Вопрос как обеспечить финансовыми ресурсами людей с интеллектуальными идеями.

Цель: делать из проекта продукты, взаимовыгодные продажи инвесторами.

Вот соответственно есть такая жизненная ситуация, есть несколько ролей, которые мы должны позиционировать, есть человек с идеей, которому для осуществления его идеи нужны деньги. Есть бизнесмен, человек с деньгами, бизнесмен и человек с идеей друг друга недопонимают, они говорят на разных языках, бизнесмену нужно совершенно другое. Например, я бизнесмен, приходит ко мне ученый, говорит 40 минут. Я ему: « Давайте начнем с конца», он говорит, что вы ничего не поймете. Я и так ничего не пойму, не пойму, потому что я не понимаю нанотехнологии, скажите, что я получу в денежном эквиваленте. Соответственно нужно обеспечить проект, довести до состояния, в котором можно продать инвестору, чтобы он понял выгоды, свои личные выгоды в том числе. Мы проработали жизненные ситуации, добавим 3 роли – это независимый эксперт, который может дать экспертизу проекту, понятно, что у бизнесмена есть свои эксперты. Но есть также полузависимый эксперт, который в принципе наш проект нуждается. Самая большая проблема – это обеспечение помощи  креаторам, четвертая роль – является ключевой – это рынок агента людей, который знает, где живет креатор, знает, где живет бизнесмен, эксперт. Все знают в шоу-бизнесе людей, которые сводят талантливых людей с продюсерами,  наша задача с помощью такой сети агентств обеспечить встречу креатора и бизнесмена. Соответственно совместная с креатором, агентом, экспертом обеспечиваем некоторый проект, они начинают взаимодействовать друг с другом. А в свою очередь агент, эксперт объясняют бизнесмену, выгоды, которые может получить бизнесмен.

Цель проекта: заявить обществу, что это есть, и в случае успеха наши победители  сто человек поедут на инвестиционный форум, который мы организуем этим летом. Где собираемся встретить людей с идеями, наша задача заявить о себе, как только мы формируем этот бренд,  мы можем   идти в какие-то структуры  и лоббировать интересы людей и идеями. Мы понимаем, что на самом деле нужно учесть материальные интересы не только креатора, но и  агента, и эксперта, который дал эту независимую оценку. Достаточно активно мы представляем идею онлайн технологию, которая позволяет им заключить договор юридически. Будем продвигать эту технологию на государственном уровне.

Это все красиво на словах, а на практике все тоже не красиво, потому что мы гордимся технологией, которую мы реализовали и призываем ей воспользоваться, по сути, мы занимается вечерным бизнесом, но ничего не получаем, вечерный капитализм, который ищет людей с идеями, просить их вступить в отношения, чтобы я помог им, зная людей с деньгами встретить их вместе.

Что практически можно сделать без моего участия? Можно просто зарегистрировать в сети апцел, представить себя как профессионала или специалиста в той или ионной области, по сути, это профессиональное резюме человека, где он заявляет о себе как о специалисте. У нас есть   5 номинаций, которые мы используем в турнире – это наука, бизнес, образование, культурные инновации и НКО. Конечно, наука и бизнес являются самыми привлекательными с точки зрении инвестиций, модернизация не может быть зациклена на вечной самовыгоде. Все — таки мы, беря, обращаем внимание на образование, науку и культуру  — мы хотим людей, которые заинтересованы в спонсорстве, обращаем внимание на эти номинации, чтобы они увидели, что есть такая онлайн биржа, ярмарка проектов, есть люди в регионах. Я езжу очень часто в регионы, мы обращаемся с людьми, есть талантливые ребята, которые делают без денег такие вещи, которые не снились людям, которые имеют огромные бюджеты. Деньги очень часто расслабляют, когда они есть. Когда мы открывали компанию абцел, именно кризис  повлиял на то, что мы начали очень активно работать, придумывать схему, которая позволяет привлечь людей, заинтересовать. Соответственно, возвращаясь к нашей теме, что может человек делать. Предположим, я ученый, меня интересует тема науки, я вспоминаю, я вступаю в номинацию наука, попадаю в номинационное сообщество, в рамках которого происходит весь процесс, все движение. В этом номинационном сообществе, созданным по идее сообщества практики, где люди могут напомнить своим опытом, вот это онлайн производство. Соответственно человеку предлагается упаковать свое знание в трех формах: статья, некая аналитика, проект и лучшая практика. Я хочу сказать, что для нас большую  роль играет лучшая практика, потому что это люди, которые уже делали проекты, им есть что показать, и требуется финансирование, чтобы проект приобрел массовый характер, даже на региональном уровне. Соответственно создав проект, человек описывает его по некоторому шаблону, где ему предлагается ответить на несколько вопросов, описать миссию проекта, бюджет проекта, есть, конечно, же подсказки, что такое миссия. К сожалению, не все понимают значение слов, говорим о модернизации, а значение слова не очень то и понимаем, если и понимаем, то каждый по — разному. Соответственно в рамках сети мы хотели бы привести наш контекст, что мы подразумеваем под словом миссия, концепция, и т. д. Человек, опубликовав свое знание,  его знание попадает в пульс турнира, пульс номинации, где накапливаются все эти проекты. Соответственно, будучи там, я как эксперт, бизнесмен, агент, я могу воспользоваться пульсом номинации и найти новые, свежие идеи,  участники могут оценивать проекты. У нас есть возможность оценить мы экспертом, то есть мы людей  в частном порядке приглашаем оценивать эти проекты. Соответственно сейчас появится 3 фильтра: заключение эксперта, то есть это будут уже отобранные проекты, которые будет не стыдно показывать. Сейчас проектов  около 350, конечно не все качественные, мы отберем по 5 -10 проектов каждой номинации. Мы активно работаем в офлайн режиме, я занимаюсь выстраиванием сети региональных руководителей, уже есть 30 человек, в 30 регионах, которые принимают участие в этом проекте, мы пытаемся работать с людьми, которые имеют отношение к той или иной номинации. По результатам национального голосование, голос эксперта будет больше в 10 раз голоса участника. По итогам  создание карты инновационного опыта России, у нас есть интерактивная карта, которая позволяет отображать количество проектов, публикуемых у нас на этой карте, идется конкурентная борьба на уровне регионов. По сути, это все должно быть интересно бизнесменам, чтобы они поняли важность и доверились нам. Это, по сути, для них является система дополнительных фильтров для инвесторов.

Если говорить об авторском праве, я могу сейчас обеспечить с точки зрения сохранности проекта.  Первая публикация в Интернете – это первый уровень защиты авторского права. Второй момент, мы призываем наших креаторов, авторов проектов не раскрывать ноу-хау, а показать инвестиционную привлекательность проекта с точки зрения образования, культуры, та же  идея может быть быстро подхвачена, с точки зрения науки , бизнеса.

Запись опубликована Aurora Expertum.Вы можете оставить комментарии здесь или тут

Выступление на Заседании Клуба Aurora Expertum по теме «Гуманитарные аспекты модернизации России», 1.04.2010

Я допущу крамольную мысль о том, что же такое тема, заявленная президентом? Потребность рожденная страной, временем или же это просто политехнологическая фишка? Я почему то думаю, мне ближе рассуждения Павла, что это какая- то группа людей, которая пришла и сказала президенту или его окружению: вы знаете, посыпалось качество рейтинговое, количественные показатели еще как-то стоят у первых наших двух руководителей государства, но мы же видим, какие процессы идут. Например, голосование  14 марта. 79 регионов, какие там происходят изменения, пошла протестная активность по стране.

Мне кажется, что тезис модернизации, выдвинутый президентом есть некая политехнологическая фишка, ответ на протестное движение, которое сегодня в стране зарождается. Если начать вот так думать, то тогда становится более понятно, почему мы не можем договориться о том, что такое модернизация. Тогда понятно, почему озвучены только 5 этих направлений, которые озвучивает президент, а почему не озвучены еще 25. Почему совершенно не затрагивается гуманитарный аспект, а сугубо технологические, технические инновации. Тогда встает вообще вопрос: модернизация  что это,  или же вообще нужна нам эта модернизация.

Я против модернизации,  я тоже занимаюсь политикой, выборами. Я вижу как сам по себе этот тезис, его развитие поднимает протестную волну, которая усугубляет процессы развала, потому что мы, к сожалению, медленно модернизироваться  не умеем,  у нас все до основания.  Реформаторы у нас, если вернуться на два столетия назад, многие нехорошо заканчивали.

Я думаю, что это идет борьба за власть. На вершине власти холодно и одиноко, под президента нужна новая парадигма в свете кризиса, и это фишка. К сожалению, это так, но можно констатировать, что это она обществом востребована, вот мы сидим и полдня это все  дело обсуждаем. Наверное, в обществе запрос и спрос на это есть. Если перевести в практическую плоскость, нужно, чтобы мы, экспертное сообщество, люди, которые ставят перед собой задачи, в том числе технологического характера, ответили на вопрос: как эти процессы выстроить в какие-то цепочки технологические с конечным результатом.

Я отдаю себе отчет в том, что то, что сегодня происходит в стране,  требует изменений, будет ли это названо модернизацией или реформой – это не имеет значения. Это сейчас назвали модернизацией,  и я не знаю насколько  это правильно и уместно.  Очень страшно, и я боюсь, что все эти вещи могут сломать ситуацию, мы уже видим ряд процессов в политических плоскостях, посыпалась действующая региональная власть, посыпались хорошие начинания действующей            власти,  обнуляются и приходят  на место вменяемых людей невменяемые.

Запись опубликована Aurora Expertum.Вы можете оставить комментарии здесь или тут

Выступление на Заседании Клуба Aurora Expertum по теме «Гуманитарные аспекты модернизации России», 1.04.2010

Когда Романа Суслова, лидера рок-группы «Вежливый отказ», недавно спросили, случайно ли его «sound» иногда напоминает «sound» лидера другой известной группы, он произнес поистине историческую фразу: «Здорово, что хотя бы два человека в этой стране дуют в одну дудку». Чутье художника острее, чем мысль политолога: Россия находится в процессе распада.

Это долговременный исторический тренд. На наших глазах рушится  империя, созданная Петром Алексеевичем Романовым триста лет назад. Она  более-менее успешно просуществовала первые и вторые сто лет своей истории, она развивалась, обзаводилась новыми владениями. Но в начале ХХ века она столкнулась с более молодыми и сильными империями – Японией и Германией, внутри нее сразу же обнаружились непреодолимые противоречия, и она начала распадаться. От нее отошли Финляндия, Польша, прибалтийские государства и Бессарабия.

Весь третий век своего существования империи Романовых распадается. Предотвратить этот распад пока никому не удалось. К началу сороковых годов ХХ века Сталин вернул часть «потерь» – куски Польши, Финляндии, прибалтов и молдаван. Но в результате Второй мировой войны Польша и Финляндия все-таки остались независимыми государствами. А в 1991 году независимость обрели также прибалтийские республики, бывшая Бессарабия (ныне Молдова) плюс еще 10 бывших «регионов» империи.

Очень важно иметь это в виду: распад начался не сегодня и закончится не завтра.

Почему меня настораживают логические построения некоторых идеологов модернизации, в частности, специалистов из ИНСОРа? Я вижу два слабых момента в этих построениях. Во-первых, «модернизаторы» пытаются механически перенести то, что мы знаем о прошлом, на будущее. Это методологическая ошибка.  Эксперты, возможно, непреднамеренно исходят из посылки, что время обратимо. Но это тезис новой науки, науки Ньютона. В новейшей науке, науке Бора и Пригожина, давно доказано, что время НЕобратимо. То есть, сколь бы глубоки ни были наши знания о прошлом, мы все равно НЕ знаем своего будущего. Точка. Поэтому, если уж вам угодно поспекулировать на тему о будущем России, воспользуйтесь хотя бы опытом западных think-tanks: распишите несколько СЦЕНАРИЕВ будущего, взвесьте их вероятность, обсудите каждый из них и т.д.

Во-вторых, идеологи российской модернизации сегодня исходят из предельно оптимистической посылки, что Россия, В ПРИНЦИПЕ, растет и развивается и будет расти и развиваться впредь (кстати, доколе, вечно?) Но это ошибочная посылка. Повторюсь: «длинный» исторический тренд – распад России: уменьшение ее территории, снижение численности населения, углубление конфликта между государством и обществом. Причем все эти явления продолжались и в «путинскую восьмилетку»: несколько российских островов на Амуре отошли Китаю, численность населения нашей страны снизилось на 4,5 млн. человек, государство «кошмарило» бизнес, а бизнес «дурил» государство.

Какие у нас основания для оптимизма? Если мы честно попытаемся сконструировать несколько сценариев для будущего России, четыре из пяти будут совсем не оптимистическими. Что, оговорюсь, совсем не избавляет нас от необходимости снова и снова строить такие сценарии – чтобы, по крайней мере, не оказаться в ситуации Горбачева 91-го года: хотел «модернизацию», а получил распад страны.

Прятать голову в песок – наихудшее, что можно делать сегодня. Надо честно и спокойно признать: да, мы живем в распадающейся стране. Надо честно сформулировать проблему. И, только мы ее сформулируем, как нам тут же откроются варианты ее решения.

Например, такой – играть от обороны. Человек, который идет в наступление, «мыслит вперед», увертывается от пуль и осколков, ищет глазами огневые точки противника,  не замечает, что у него под ногами, не думает о резервах. А человек, который лежит в обороне, видит каждую песчинку, каждую травинку, точно знает, кто в траншее справа и слева от него. И кто в резерве, если что-то пойдет не так. Потери обороняющихся и наступающих, в среднем, один к трем: на каждого обороняющегося – три наступающих.

Что означает «играть от обороны» в сегодняшних российских условиях? Это значит, что мы должны стать своего рода Двановыми наоборот. Следуя примеру главного героя платоновского «Чевенгура», мы должны буквально обтоптать ногами матушку Россию. Но искать мы  должны, конечно, не «элементы социализма», как Дванов, а «песчинки и травинки» новых гражданских отношений: рыночных, нерыночных, любых. Каждый должен найти свой Проект, свою точку, и стоять на ней до конца. Как сказал один мой приморский знакомый, профессиональный «водила»: «где встал, там и Родина». Тут, кстати, и единственно возможный источник здорового патриотизма – живые люди, а не ритуальные погремушки.

Вот кто-то собрал инициативную группу по борьбе с точечной застройкой в городе. Вот Павел Зарифуллин создал свою электронную деревню, в которой может побывать любой желающий. Вот мы с коллегами запускаем вскоре Интернет-сайт – Лабораторию VIP PR, – цель которого обеспечить большую открытость, публичность работы ведущих политиков и бизнесменов в России. Если каждый социально активный человек создаст свою точку роста и между ними будут установлены плотные контакты посредством новых социальных технологий, тогда, возможно, Россия и обретет второе дыхание и процесс ее распада будет заторможен.